cb527180

Дан Виктор - Михаил Гречка 03 (Хутор Дикий)



ХУТОР ДИКИЙ
Виктор ДАН
Анонс
Следователь прокуратуры Михаил Гречка расследует убийство ветерана войны Алевтины Корецкой. Требовательная к себе и окружающим бабка Алевтина нажила много врагов на хуторе. Расследование затруднено тем, что упущено время, поэтому трудно восстановить обстоятельства.

Встречи с хуторянами только запутывают дело. Появляются новые подозреваемые и новые версии. Однако настойчивость Михаила вознаграждается, и он находит преступника.
Глава 1. ТРИ БЕСЕДЫ И ПАСМУРНЫЙ ВЕЧЕР
Анастасия на кухне не слышала, когда Михаил открыл входную дверь. Она скорее почувствовала изменение освещения, едва Михаил зажег свет в прихожей. Это был знак необычного, она не могла сказать дурного, настроения мужа.

Он и она всегда звонили от калитки, хотя имели ключи. В селе до отхода ко сну замки не закрывались, но звонок стал частью привычного ритуала возвращения домой молодоженов здесь, в сельском доме покойных родителей Михаила.

Они встречали в нем вторую весну супружеской жизни, весну 1992 года. На дворе сумерки сырого и холодного мартовского вечера переливались в туманную ночь. Была пятница.

Михаил возвратился слишком поздно для пятницы. Впрочем, и для других будних дней, пожалуй, тоже поздновато.
- Что случилось? - Анастасия вошла в прихожую, когда Михаил уже расшнуровывал ботинок на толстой подошве в позе журавля, высоко подняв согнутую в колене ногу. - Садись на лавку...
Михаил ответил не сразу, сначала снял ботинок с другой ноги:
- Погода скверная... Здравствуй! - прикоснулся холодными губами к разогретой от плиты щеке и сразу направился в ванную прямо в одних шерстяных носках домашней вязки, снимая на ходу галстук, затем пуловер.
- Обуйся!
Вместо ответа махнул рукой, что должно, как бывало, означать: “Носки все равно пойдут в стирку!”.
Появился на кухне уже в домашнем:
- Есть хочу - умираю!
- Разогреваю третий раз. Ты еще не проведал малышку. Она не хотела без тебя засыпать.
- Сначала поем, сброшу дневные впечатления в “погреб” до утра...
- “Погреб” - это я?
- Могу не рассказывать. Приятного мало. А “погреб” - мое подсознание... Не успел это сделать по дороге домой.
- Первый раз от тебя такое слышу.
- Надеюсь и через тридцать лет совместной жизни смогу сказать тебе что-то новое...
- Напрасно надеешься! К тому времени я буду читать твои мысли на расстоянии, - Анастасия села рядом и обняла за талию. За шею - не позволяла разница в росте.
Горячий борщ из квашеной капусты на солонине с добавлением для мягкости бабушкиной “фирменной” рябой фасоли отогрел настроение Михаила.
- Что же тебе рассказать?
- Все, все... Я здесь зарылась с головой. С утра до вечера хожу по кругу как ослик, привязанный к вороту колодца: кухня - ванная - детская.

Даже телевизор некогда посмотреть.
- Могу перенести его на кухню.
- Нет, нет... Мне кухня и так надоела. Вот заработаем деньги и осенью купим для кухни маленький.

Так что тебя так расстроило?
- Три разговора и скверная погода.
- Разговоры с кем?
- Утром с твоим отцом, вечером с моим начальником. Впрочем, тесть и теща тоже мои “домашние начальники”...
- Но ты не в приймах, слава Богу!
- ... А днем с несчастной девушкой, у которой на улице ни с того, ни с сего убили бабушку, как я понял, самого близкого ей человека. Отец живет в другой семье, а мать давно умерла.
- Как же это случилось?
- Темная история... Помнишь, в конце февраля или в начале марта похолодало, и был сильный снегопад как раз в выходные дни? Ее нашли на улице у дороги полу-засыпанную снегом.
- Может быть сердце?



Назад